На Высочайшее отбытие Государыни Императрицы Елисаветы Алексеевны

Ужъ двадцать лѣтъ, какъ украшаешь Ты Роска трона вышину, Ужъ двадцать лѣтъ изображаешь Щедроту, кротость, тишину. — Кто зрѣлъ лице Твое сурово? Кому рекла обидно слово? Виною чьихъ была Ты слезъ? Во храмѣ ль Ты, — благочестива, Вь чертогахъ ли, — ласкорѣчива; — Твой свѣтлый взглядъ, — есть взглядъ небесъ! Но днесь отъ насъ Ты отъѣзжаешь, Все наше сердце рвешь съ Собой; Такъ въ слѣдъ Свой души увлекаешь, Какъ солнце птицъ парящихъ рой — Въ иной предѣлъ катяся свѣта! Нашъ духъ тамъ, гдѣ Елисавета! И чѣмъ воздать за цѣпь цвѣтовъ, Твоимъ Супругомъ намъ сплетенну, Владѣньемъ кроткимъ наложенну, Какъ не любовью за любовь? Гряди жъ, жена благословенна, Воззванна нѣжностію въ путь, Усердіемъ препровожденна, Обнять героя бранну грудь, И подъ трудомъ главу склоненну, Безсмертнымъ лавромъ осѣненну, На лонѣ нѣги умасти. — Согласье Ваше намъ пріятно; Но возвратись скорѣй обратно, И намъ на Сѣверѣ свѣти! Такъ, естьли мать, родство драгое Спѣшишь зрѣть душъ восторгъ Ты ихъ, То вспомнь и божество другое, Другую Мать, другихъ родныхъ, Тебя любящу полвселенну. — Ты, — Кою жизнъ намъ дашь блаженну Въ залогъ низслали небеса, — Явись скорѣй съ Своимъ Супругомъ, За миръ, земнымъ воспѣтый кругомъ, Желанный плодъ намь принеся! Да видя странъ другихъ народы Вь васъ благотворну имъ чету, Передадутъ изъ рода въ роды Монарховъ Роскихъ красоту, И возгремятѣ ихъ всюду клики: Что только таковы Владыки Царствъ могутъ щастье созидать, Кто благостью, умомъ, геройствомъ, Любовью, правотой, спокойствомъ Умѣютъ подданныхъ плѣнять! Державинъ.