Иностранцам гостям моим

Приветствую гостей от сенских берегов! Вот скифского певца приют уединенный: Он, как и всех певцов, Чердак возвышенно-смиренный. Не красен, темен уголок, Но видны из него лазоревые своды; Немного тесен, но широк Певцу для песней и свободы! Не золото, не пурпур по стенам; Опрятность — вот убор моей убогой хаты. Цевница, куст цветов и свитки по столам, А по углам скудельные пенаты — Вот быт певца; он весь — богов Убогий счастием, любовью их богатый, Имею всё от них, и всё ещё без траты: Здоровье, мир души и к песням сладкий жар. И если ты, поэт, из песней славянина Нашёл достойные отечества Расина И на всемирный ваш язык их передал, Те песни мне — пенат Гомер внушал. Воздайте, гости, честь моим богам домашним Обычаем, у скифов нас, всегдашним: Испей, мой гость, заветный ковш до дна Кипучего задонского вина; А ты, о гостья дорогая, И в честь богам, И в здравье нам, Во славу моего отеческого края, И славу Франции твоей, Ковш мёда русского, душистого испей. А там усядемся за стол мой ненарядный, Но за кипучий самовар. О други, сладостно питать беседы жар Травой Китая ароматной! Когда-нибудь и вы в родимой стороне, Под небом счáстливым земли свободной вашей, В беседах дружеских воспомните о мне; Скажите: скиф сей был достоин дружбы нашей: Как мы, к поэзии любовью он дышал, Как мы, ей лучшие дни жизни посвящал, Беседовал с Гомером и природой, Любил отечество, но жил в нём не рабом, И у себя под тесным шалашом Дышал святой свободой.