К Пирре

Кто сей красавец, на розах с тобою Нежась, играет, облит благовоньем, В тайном сумраке грота? — Алые пе́рсты твои расплетают Шелкову косу на радость счастливца: Волны струйчата злата Пали роскошно на лилии персей, Выя на рамо; рука в руку; тают Негой страстною очи; Сладостный шепот, и томные вздохи, И лобызанья!.. О, жалкий счастливец! Скоро, скоро оплачет Клятвы и верность и, призванны лестью, Горние силы в поруки обетов! — Бурный плаватель бездны, Быстро застигнут внезапным ненастьем, Скажет он поздно ужасную правду: «Ах! не верить бы морю! Страстным бы Пирры не верить улыбкам, Льстивым вздыханьям коварного ветра!.. Ныне любезен; завтра Ласки другому!..» Ах! горе, кто Пирру Новый увидит! — На дске сей заветной1 Вижу я в поученье: Стрелы, и светоч, и лук, и повязку, Горестны знаки златых обольщений! Там написаны в память Смехи и слезы, надежды и страхи, Купленны горем веселия тени; Там сплелися руками, Вдаль друг от друга отклоншие взоры, Строгая клятва и с ней преступленье!.. Всё тебе возвращаю, Бог легкокрылый! Мне рощи Парнаса, Мне улыбнулись! Мне веет радость С лиры звучныя Феба.