Номер 17

Кому в Москве неизвестна Никольская? Асфальтная улица — ровная, скользкая. На улице дом — семнадцатый номер. Случайно взглянул на витрины и обмер. Встал и врос и не двинуться мимо, мимо Ос — авиахима. Под стекло на бумажный листик положены человечие кисти. Чудовища рук оглядите поштучно — одна черна, обгорела и скрючена, как будто ее поджигали, корежа, и слезла перчаткой горелая кожа. Другую руку выел нарыв дырой, огромней кротовой норы. А с третьей руки, распухшей с ногу, за ногтем слезает синеющий ноготь… Бандит маникюрщик под каждою назван — стоит иностранное имя газа. Чтоб с этих витрин нарывающий ужас не сел на всех нарывом тройным, из всех человеческих сил принатужась, крепи оборону Советской страны. Кто в оборону работой не врос? Стой! ни шагу мимо, мимо Ос — авиахима. Шагай, стомиллионная масса, в ста миллионах масок.