В пустыне

Давно вода в мехах иссякла, Но, как собака, не умру: Я в память дивного Геракла Сперва отдам себя костру. И пусть, пылая, жалят сучья, Грозит чернеющий Эреб, Какое странное созвучье У двух враждующих судеб! Он был героем, я — бродягой, Он — полубог, — полузверь, Но с одинаковой отвагой Стучим мы в замкнутую дверь. Пред смертью все, Терсит и Гектор, Равно ничтожны и славны, Я также выпью сладкий нектар В полях лазоревой страны До 9 декабря 1908, Царское Село