Элегия V (Всё тихо! и заря...)

Всё тихо! и заря багряною стопой По синеве небес безмолвно пробежала... И мгла, что гор хребты и рощи покрывала, Волнуясь, стелется туманною рекой По лугу пестрому и ниве молодой. Блаженные часы! Весь мир в отдохновеньи! Еще зефиры спят на дремлющих листах, Еще пернатые покоятся в кустах, И всё безмолвствует в моем уединеньи... Но боги! неужель вы с мира тишиной И чувств души моей порывы усмирили? Ужели и во мне господствует покой?.. Уже, о счастие! не вижу пред собой Я призрак грозный, вечно милый, Которого нигде мой взор не покидал... Нигде! ни в шумной сече боя, Ни в бранных игрищах военного покоя!.. О ты, что я в тоске на помощь призывал, Бесчувствие! о дар рассудка драгоценной, Ты, вняв мольбе моей смиренной, Нисходишь наконец спасителем моим. Я погибал... Тобой одним Достигнул берега, и с мирныя вершины Смотрю бестрепетно, грозою невредим, На шумные валы бездонныя пучины!.. А ты, с кем некогда делился я душой И кем душа моя в мученьях истощилась... Утешься: ты забыта мной!.. Но, ах, почто слезой ланита окропилась?. О слезы пламенны, теките! Я свои Минуты радости от сих минут считаю И вас не от любви, Но от блаженства проливаю! 1816 Примечания: Обращено к Елизавете Антоновне Злотницкой (1800—1864), на которой поэт собирался жениться.