Калмыцкий пленник

ГЛАВА I. Этьен и бледный и печальный, Расставшись с Питером, летит. — Бубенчик, будто стон прощальный, Протяжно в слух ему звенит. «Прощай мой Питер, Питер милый! — Он песнь прощальную поёт. — Ах долго, странный и унылый, Я буду помнить бледный свод Твоих небес — и мостовую, Вдоль по которой я летал, И прелесть — деву молодую, Которой думы посвящал. Куда несусь теперь судьбою? В пустой, далёкой стороне, В разлуке, милая, с тобою Какой искать отрады мне?» — Он скачет вдоль — дожди и грозы И ветр, и молния, и всё Над ним бушуют — льются слёзы, И вдаль катится колесо. Взойдёт луна и дол осветит И звёзды в небе голубом; Но кто его с улыбкой встретит На поле диком и пустом! Он в первом цвете жизни, молод — Но, ах! узнал уже любовь, Любовь несчастную, и холод В его душе остался вновь. Он едет, бедный; погляди-ко, Как он печалию томим, И сердце пусто, сердце дико, Как степь, которая пред ним. Печален он — лихая тропка Бежит, летит; ямщик-Пострел! «Товарищ горести! запой-ка... Товарищ горести запел: «Ах вы, синие глаза! Ах ты, русая коса! Присушили, иссушили, Загубили, уходили, Вы Пострела-молодца! Я ль тебя уж не любил? Я ль тебя уж не дарил? Бедным сердцем не крушился; Не метался, не мутился, Ночь без сна не проводил?..»