М. Н. Толстой. Июня 5

Посылаю тебе фортепьяно, пришли мне рояль и «Дон-Жуана»1, как ты обещала, и еще что-нибудь из бетховенских или моцартовских вещей, которые, может быть, тебе не нужны. Да еще я помню, что проездом с Кавказа или из Крыма я оставил у тебя мое старое писанье2, ежели оно действительно у тебя, то пришли его мне. Я слова своего не изменю и после петрова дня приеду, но не лучше ли бы вам вздумать и приехать ко мне теперь на несколько дней, а потом опять можно. В Ясном до того хорошо, что невозможно выехать. Купанье на реке отличное, я только что оттуда приехал. Я бы тебе тоже устроил там купальню. Подумайте. Может, и Иван Сергеевич тоже с вами приедет?3 Тетенька и я целуем всех вас и не отчаиваемся, что вы приедете. Вареньке скажи от меня Уаааа! А Николеньке скажи Уииии! а преступнице скажи Уууу — а!4 Пожалуйста, до скорого свиданья. Дело мое с мужиками идет плохо5, тем более, я не могу уехать. Я приехал домой в 4 часа утра, все спали, и я, усевшись на балкон, прочел пушкинского «Дон-Жуана» и до того был в восторге, что хотел тотчас писать Тургеневу об своем впечатлении. гр. Л. Толстой. 5 июня.