В. Г. Черткову. Ноября 9?

Ваших двух писем ко мне и Попову, дорогой Владимир Григорьевич, не получал еще, потому что в это время уехал. Вероятно, они придут завтра сюда 1. Я письмо ваше, Евгений Иванович 2, хотел послать в газету, но сейчас перечел еще и решил не посылать. Подробность о том, что 50 человек отысповедовал священник, показалась мне сомнительной. Подробное известие было в газетах 3. Простые люди часто смешивают виденное с рассказом. И я решил не посылать письма. Мы живем здесь хорошо. Устраиваем столовые. Много трогательного и страшного. Страшно одно, что всегда мне страшно,— это пучина, разделяющая нас от наших братьев. Пожертвования вызваны письмом Софьи Андреевны 4, и денег у нас около 2 тысяч, и, кажется, сбор с «Плодов просвещения» поступит нам 5. Я боюсь обилия денег. И так с маленькими деньгами много греха. И теперь еще не установилось дело. Путает помощь, выдаваемая земством, и желание, требование крестьян, чтобы выдаваемо было всем поровну. Делаем мало, дурно, но делаем и как бы чувствуем, что нельзя не делать. Статья моя, та, которую вы знаете, кажется, выйдет 6, другая, маленькая, в «Русских ведомостях», вы, верно, получите 7. Пишу еще о столовых, о способе помощи, и еще в сборник, который меня просил Оболенский, художественный рассказ 8. Вместе с тем стараюсь кончить большую статью 9. Она кончена, только нужно заключенье. Я растрепался и боюсь, что делаю не то, но иначе не умею. Вагнер 10 я написал, чтобы она ехала в Оренбург и заехала к нам. Может быть, я заблуждаюсь, но мне кажется, что что-то важное совершается, что-то кончается и начинается. Пишите мне все о себе и обо мне, о нас, что вы думаете. Целую вас всех, милые друзья. Л. Т.