«Должно людей примечать прилежно, да оных познаешь...»

Должно людей примечать прилежно, да-оных познаешь. Часто-их видеть долг и-беседовать многажды с ними. Надобно, чтоб цари говорили с подвластными сами; Надобно, чтоб говорить подчиненных они заставляли; Спрашивать о делах у них советов и-мнений; Испытова́ть тех-самих не-большими также делами, В коих-бы отповедь те царям давали исправну, Да увидятся, суть-ли способны к должностям высшим. Чем, Тилемах любезный, ты научился в Ифаке Распознавать добро́ты разнь в ваянных кумирах? Частым видением сих, и-притом наблюдением твердым Всех пороков, и-в-них совершенств, — с искусными в деле Образом равным беседуй, и разговаривай часто О благих и качествах злых в человеках с другими Ты человеки, мудрости и добродетелей вестных, Кои долгим искусством тех и-познали испытно; Так нечувствительно сам позна́ешь и-ты предовольно, Суть каковы они и-чего от них ждать-присто́ит. Что научило тебя познавать изрядно и-точно Добрых тех, и-худых, и посредственных токмо пиитов? Частое чтение их, и-с людьми рассуждение также, Знают силу которы во-всех стихотворчества родах, Что показало тебе разбирать в мусики́и различность? Тож прилежание всё к наблюдению му́сиков добрых. Как возможно надеяться править людьми преизрядно, Ежели суть тебе всеконечно неведомы люди? Да и как их-познать, когда нет-общения с ними? То не-общаться с ними, что-видеть их всенародно: Отобоюду тут говорятся средние вещи, И приготовлены те прикрасами хитрыми точно. Долг наеди́не видеть их, извлекать все-из-сердца Тайны убежища тех, прикасаться к оным отвсюду И углубляться в них, да-откроется внутренность са́ма. Но дабы рассуждать о людях исправно и-прямо, То начинать-долг с познания, быть-им каким есть-природно: Надобно знать, есть что-то достойность суща и-тве́рда, Да различатся имущи сию от-сея неимущих. Все говорят о-достойности и добродетели завсе; А не знают есть-что достойность и добродетель. Красны-то речи токмо, слова и-разбродчивы многих, Кои в честь-ставят себе говорить о них повсечасно. Должно иметь основания верны о-правде, и-купно О добродетели, и о разуме также рассудном, Чтоб познать, добродетельны и разумны которы. Надобно правила знать правительства до́бра и-мудра, Да позна́ешь людей, имеющих правила оны, И людей, отдаленных от-сих по тонкостям ложным. Словом, дабы тела́ изме́рять многие верно, Должно иметь одну и ту постоянную меру: Так, и-дабы́ рассуждать, долг-иметь достоверны нача́ла, На которых суждениям нашим-всем твердо б сноваться. Долг-знать, какая цель человечески жизни всеобщи, Кой и-конец предлагать человеков в правлении должно. Цель единственна и существенна токмо сия есть, Не хотеть никогда для-себя ни-величий ни-власти: То честолюбие токмо тиранскую гордость насытит; Но надлежит предавать себя трудам беспредельным, Чтоб соделать людей и добрых и благосчастных. И́нако, ощупом и́дет всяк, и-по-случаю слепу; Тож чрез всё своея продолжение целыя жизни. И́дет равно как-некий корабль на-пучине пространной, Нет на-котором искусного кормчия, правяща бе́ги, Нет на-котором созвездиям и наблюдений небесным, Также которому все и-брега неведомы ближни: Сей не может гонзнуть от-разбитий и потоплений. Многие часто из государей, не-зная исправно, В чем состоит добродетель сущая, прямо не-знают, Должно чего искать им пе́рвей во-всех человеках. Истинна вся добродетель для-них есть некак сурова: Кажется оная им преизлишно быть неподвластна; Та приводит-их в страх, и-еще превесьма огорчает; Так обращаются все они к ласканию сладку. С самого же часа сего уж болей не-могут Искренность в ком изобресть и твердую ту добродетель: С самого же и-часа́ сего бегут за-призра́ком Тщетным ее, который точно-есть ложная слава, И по-которому те не-бывают прямыя достойны. Тотчас уже притом обыкают твердо и-верить, Что добродетели сущия нет на-земле всеконечно: Ибо добрые знают злых довольно изрядно, Злые ж не-знают отнюдь всех добрых сердцем и-нравом, Так и верить не-могут, чтоб-сии́ впрямь находились. Все государи такие токмо всем-ра́вно не-верят: Кроются тем от всех они, в себе заключаясь; Тотчас приемлют подзор от самыя малыя вещи, Тем-что боятся людей, и сами их устрашают. Бегают света, в своей и-природе являться не-смеют. Коль-же они хотя не-желают быть-ведомы прочим, Но всегда бывают, однако, всякому вестны, Ибо подвластных им любопытство, крайно лукаво, Препроницает всё, и всё угадывать может, А они притом никого из оных не-знают. Любящи люди корысть, которы всегда облежат их, Рады тому весьма, что-они неприступны бывают: Царь неприступен людям, и-правде есть-он неприступен. Ложно чернят-те пред-ним злодейскими всё клеветами, И отдаляют очи ему просветить возмогущих. Сии цари провождают жизнь в величии диком, В коем, боясь беспрестани обмануты быть ухищренно, Суть в обмане всегда неминуемом; да и-достойно. Лишь утвердятся, советы примать людей от-немногих; В самое время то ж воспримать обязуются также Оных все-страсти и заблуждения ложные купно: Ибо и-добрые люди свои пороки имеют. Сверьх-же того, предаются они оболгателям впо́лне. Подлому роду и-злому, всегда рыгающу ядом, Всё отравляющу, что беспорочно и-есть неповинно, Малые самые вещи все приводящу в большие, Изобретающу паче зло, а не престающу Всех вредить повсегда и-смеющуся, ради прибытка, Как недоверности, так и-негодному толь любопытству В слабом таком государе, и толико пужливом. Так познавай же, о! Тилемах драгий и-любезный, Всех познавай-ты людей. Свидетельствуй сам-их прилежно; Повелевай одним говорить о-других пред-тобою; Порознь изведывай тех не вдруг, да-отмала помалу; Не полагайся ни на-кого с возлюбления вяща; Опыты употребляй во-твою надлежащую пользу, Буде когда в твоих суждениях был-ты обманут, Ибо имеешь быть иногда обманут конечно: Злые толь глубоки́, уловлять что могут всемерно Добрых они своими притворствы и лицемерствы. А чрез то научись не-судить ни-о-ком препоспешно, Ни по-добру, ниже́ и-по-худу что утверждая: То и-другое весьма-есть исполнено бедствий премногих. Сим погрешности прошлы твои тебе ж преполезно Не преминут подать наставление впредь на-поправу. Если ж ты изобрящешь таланты и добродетель В некоем тех из всех человеков, изведанных точно, То его и употребляй с надеждою к делу, Ибо желают люди, имеющи правое сердце, Да правота их вся ощущаема явственно будет: Лучше любительность им и-доверенность всяких сокровищ. Но не порть-их вверением им беспредельныя силы. Некто всегда б тот был добродетелен, кой не-таков уж, Тем-что ему государь дал-безмерную власть и-богатство. Кто довольно любим-есть богам, что-во-всем государстве На́йдет двух иль трех приятелей истинных суще, То есть мудрых, верных и благих постоянно; Вскоре тот чрез них и-других находит подобных, На наполнение мест иных, которы пониже. Токмо чрез-добрых одних, он коим вверится прямо, Может познать, чего собою не познавает, Суть каковы в себе другие оны особы.