К тишине, к примиренью, к покою

К тишине, к примиренью, к покою Мне пора бы склониться давно. Порешить я намерен с тоскою!.. Но могу ли? удастся ль оно? Отвращусь ли от грустной юдоли, Убаюкаю ль скорбные сны — Сердцу страшно не чувствовать боли, Сам своей я боюсь тишины! Всё как будто обман и забвенье Притаились под мудрости сень: Мыслим — в душу сошло примиренье, А в душе лишь усталость да лень! Всё как будто готовлю измену Я великому множеству их — Обреченных работе и плену Бедных, страждущих братьев моих. Нас роднят лишь печали да горе, Только там я не чуждый им брат, Только в скорбном сливался хоре, Наши песни согласно звучат!.. И сдается — над всей бесконечной Жизнью мира проносится стон, Стон тоски мировой, вековечной, Порожденный в пучине времен, — В те творения дни молодые, Как, собравшись на жизненный пир, Человеческим воплем впервые Огласился ликующий мир… С той поры и поныне ты с нами Неразлучно проходишь века, О всесильная, ветхая днями, О владычица мира, тоска! Март 1860 Так далека, так весела дорога! Так молод он!.. и путник сгоряча Кладет в суму, не разбирая строго, Всё, что взвалить он может на плеча! И тешится он ношею тяжелой, И путь ему окольный нипочем! Но с каждым днем скромнее пыл веселый, И взор его тревожней с каждым днем. Уж он устал — а не набрел дорогу! Их много там, заманчивых путей!.. Но ждать нельзя: пора, доверясь богу, Избрать один, попроще, попрямей! А путь избрав — к чему такую ношу Ему таскать?.. И, сняв свою суму, Решает он: „Всё лишнее я брошу, Лишь нужное я в новый путь возьму! Чего в ней нет! Какой мечты досужной, Каких затей и прихотей следы!.. Мне роскошь их в те дни казалась нужной!.. Обман, обман! в них больше нет нужды!..“ Не ново ты, печальное сближенье, А всё звучишь как новое порой! Как в путнике, раздумье и сомненье Встают и в нас о жизни прожитой. В свою суму, как он, заглянем строго!.. Как много в ней напрасной тяготы! Как налгано, надумано как много Влечений, мук, терзаний суеты! Но прочь с души сметая сор ненужный, Спугнули мы мечтаний целый рой… Заветный рой, пленительно-недужный!.. Прочь, прочь и ты! опасен шепот твой! Не скуден был отваги и задора Растраченный, растерянный запас! Немало мы отмерили простора Про нашу мощь… Но недостало нас!.. То не был труд — но жизни пированье, Но праздник сил, броженья гул и шум!.. Где ж дерзких рук могучее созданье? Где добрый плод кипучих дел и дум? Устали мы!.. Но опытом мы зрелы; Своих задач убавим же объем, Стесним простор, дадим ему пределы И цель одну — из многих изберем! Молчите ж вы, лукавые призывы! По сторонам не разбегайся, взор! Сверитесь все тревожные порывы В один тугой и медленный напор!.. Начало мая 1860 Как будто вихрем бури злой Снесло мой дом, и я — изгнанник! Но дружба путь водила мой, И вот я в пристани… Я твой Отныне гость и сердцем данник. Как тихо дни мои текут! Как мил, укромен твой приют! Как сердцу вид его отраден, Как нежит душу, тешит взор, Как в простоте своей наряден!.. Как величав и безогляден Пред ним раскинулся простор! Реки серебряный извив, Блестящий в мураве зеленой; По зыбким скатам желтых нив Бродящей тени перелив И рощей сумрак отдаленный… Виднеют села… здесь и там Сверкает крест, белеет храм. Куда ты взор ни обратишь, Какая ширь! какая тишь! Но всюду в ней снует, бесшумный, Рабочей Руси труд святой… О чудный мир земли родной, Как полон правды ты разумной! Великий мир, родимый мир! Ты бодр и мощен, как стихия… Твоей лишь правдою Россия Преодолеть возможет мир И свергнуть идолы чужие!.. Но час не близок. Злая мгла Вершины Руси облегла. В той безнародной вышине Родная мысль в оковах плена; Одни лишь властвуют вполне Там лесть и ложь, и буйство тлена!.. Но внимет бог простым сердцам: Сквозь смрад и чад всей этой плесни Восходит с долу фимиам, Несется звук победной песни, Поющей славу небесам. 18 августа 1878 Еще морозом не побиты, Среди осенней пестроты, Как ясным днем росой обмыты, Пышней красуются цветы! Они всё те же, но иначе, Но ярче блещет их наряд, Благоухание богаче, Свежей струится аромат. Весь до конца свой подвиг чистый Как бы торопятся свершить, И всё, что силы есть душистой, Пока щадит мороз сребристый, До дна исчерпать и излить! Не так ли, друг, душа твоя, Презрев невзгоды и насилья, Широко расправляет крылья, Встречая осень бытия? Звучнее сердце, выше строй, И чувств и мыслей лад упрочен, И голос правды золотой Так безусловно полномочен!.. 8 сентября 1878 Спустилась ночь в убранстве звездном И, дольних чуждые страстей, Как бы зажглись по синим безднам Тьмы зорких, мыслящих очей. Мир опочил. Едва колышет Листы ветвей; кругом дрема И сон… Лишь ночь не спит сама, Живет и мощно, мерно дышит, И чутко землю сторожит, Всё вещим таинством объемлет, И всё невидимое зрит, Неизглаголанному внемлет! Беззвучный хор во мгле ведет… И внятна сердцу песнь ночная, И мнится — с горних тех высот Зияет правда неземная!.. 10 сентября 1878