Блаженны те, кто с юношеских лет

Блаженны те, кто с юношеских лет Заботой дум себя не отравили, Но радостей сорвали полный цвет, Но на земле для жизни только жили! И наконец под старость, в добрый час, Когда грешить им стало не под силу, Покаялись на случай, про запас, И отошли в холодную могилу!.. 1846 Хотел я прозой и стихами Вам изготовить целый лист, Но срок прошел и перед вами Винюсь я, милый журналист! И приношу чистосердечно Вам покаяние мое, Вы сами знаете, конечно, Как здесь промчалось скоротечно, Лениво, сонно и беспечно Мое домашнее житье! Привычкой сладостной покоя Тревогу мысли заглуша, От строгих дум, труда и боя Отстала мирная душа. Вопросы спят, и стихли звуки, И поэтический призыв, И очистительные муки, И освежительный порыв! Среди пленительного круга Семьи домашней и друзей Не раз сурового досуга Я пожелал душе моей! И, полон тайного стремленья В беседе шумной и живой, Нередко рвусь с своей мечтой Я на простор уединенья, И мнится — в звучной тишине Знакомый мир предстанет мне!.. 1846 В наш век пересуда, страдальческий век Сомнений, вопросов, раздумья, Стал скуден душой и бежит человек Порывов святого безумья. В нем ум, изощренный трудами веков, Так зорок, разборчив и гибок!.. В нем чувство стыдится обманчивых снов И сердце боится ошибок. И мир обнаженный стал грустен и пуст Для бедного, праздного чувства, Не слышно вещаний пророческих уст, Святых откровений искусства! Рой светлых видений и грез отлетел, Пытливых очей убегая: Нам думы и думы достались в удел, Тяжелым ярмом налегая… Но я красотою мечтанья и сна Любуюсь и радуюсь вчуже: Мне веет отрадой и негой она, И так непривычна к тому же! Былые напевы, преданья отцов Люблю я душой староверца, И прелесть сих женских, небрежных стихов, Поэзию чистую сердца! Отрадней, доступней, приветней для Вас Те сладкие, тихие звуки, Чем мой непрерывный, тяжелый рассказ О страшных вопросах, волнующих нас, Чем все современные муки!.. 19 декабря 1846