60, 5 февраля 1778

Милостивый государь батюшка! Никита Артемонович! Я еще не отпущен и слышу сегодня от Завороткова, который заходил ко мне по утру, что Леонтьев и капитан наш Лобанов-Ростовский условились между собою никого не отпускать, в рассуждении малого числа наличных в Кадетской роте. Странное условие! Уж не лучше ли бы, чтоб вы отписать изволили к подполковнику о моем отпуске. Я уж стыжусь распложать мои письма, ничего не заключающие. От Киприана Ивановича и жены его, которых я вчерась в маскераде нечаянно увидел, к сожалению моему слышу, сколько вы, милостивый государь батюшка, беспокоитеся моим замедлением в Петербурге. Нижайше прошу во знак вашей родительской милости соблюсти сие желание меня видеть и умерить онаго беспокойство. Я пребываю навсегда с глубочайшей преданностью, прося вашего родительского благословения, милостивый государь батюшка! ваш нижайший сын и слуга Михайло Муравьев. 1778 года февр. 5 дня. С. Петерб. Матушка сестрица Федосья Никитишна! Хотел бы писать к тебе, особливо когда я так замедлился, 1 но, право, мешает Вас<илий> Вас<ильевич> Ханыков, которого я принужден слушать монолог.