«Жалобы музам»

О вы, что первые моею страстью были, Вы, коих я привык внимать прелестный глас, Простите, музы, мне, я жалуюсь на вас,- Ах! нет, я слезы лью, что вы меня забыли. Жестоко хлад сносить от друга своего, А зреть его от вас жесточее всего. Кто в ваших не был ввек приятностях участен, Так тот, лишаясь вас, не может быть несчастен. Он вашим жаром грудь свою не проникал, Не трогался до слез и к вам не привыкал. Так что ему терять? Угрюм, он тем гордится И, что прельщает всех, тем тронут быть стыдится, А я... Мой слабый ум! где был ты отлучен, Сей милой суетой в дни юны омрачен, Со Федрою вздыхал, Оснельдою прельщался И музам, их еще не зная, обещался. Вы наполняли жизнь, вы, музы, лишь одне; Но ваши милости теперь упрекой мне. Упрямые! мой ум досада отравляет, Скажите, что меня днесь с вами разделяет? Не отвращались вы моих нежнейших лет, Я льстился, что со мной и дух ваш возрастет. Но скорые года без пользы прокатились, С мечтами вы ушли и вспять не возвратились! Ах! дайте зреть опять, свой дайте зреть возврат Вы, младости мечты, я в вас паду назад. Вы легкими меня толпами окружите, И путь склоните мой, и очи превяжите. Пусть буду с вами я и буду заблуждать, Чем медленно идти и хладно рассуждать. А ты, божественной десницы в нас возженье! Ты, сила сотворить, пылай, воображенье! Где я? иль это мной играет сладкий сон? По рощам днесь меня священным водит он, По коим и струи прохладные катятся И ветры сладостным дыханьем тяготятся... Но кая всходит вновь заря по высотам? Не слышится ли ног бегущих топот там? Находит трепет вдруг, с пресекшимись словами... Вас, музы! вас я зрю и пасть лечу пред вами.