«К уму моему»

К тебе, о разум мой, я слово обращаю; И более тебя уже не защищаю. Хоть в свете больше всех я сам себя люблю, Но склонностей твоих я больше не терплю. К чему ты глупости людские примечаешь? Иль ты исправить их собой предпринимаешь? Но льзя ль успеху быть в намеренье таком? Останется дурак навеки дураком. Скажи, какие ты к тому имеешь правы, Чтоб прочих исправлять и разумы и нравы? Все склонности твои прилежно разобрав, Увидел ясно я, что ты и сам неправ. Ты хочешь здешние обычаи исправить; Ты хочешь дураков в России поубавить, И хочешь убавлять ты их в такие дни, Когда со всех сторон стекаются они, Когда без твоего полезного совета Возами их везут со всех пределов света. Отвсюду сей товар без пошлины идет И прибыли казне нималой не дает. Когда бы с дураков здесь пошлина сходила, Одна бы Франция казну обогатила. Сколь много тысячей сбиралося бы в год! Таможенный бы сбор был первый здесь доход! Но, видно, мы за то с них пошлин не сбираем, Что сами сей товар к французам отправляем. Казалось бы, что сей взаимный договор Французам доставлял такой же малый сбор; Но нет: у нас о том совсем не помышляют, Что подати там с нас другие собирают. Во Франции тариф известен нам каков: Чтоб быть французскими из русских дураков!.. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. . . .