Пустомеля

Из первых шалунов молодчик, Великий вертопрах, болтун и враль господчик, Который только в то и жил, Что вести собирал и вести разносил, Которые его весь разум занимали И только лгать, Молоть, болтать Бесперестанно заставляли, А рассуждать о чем никак не допускали; Который умных всех глупцами называл Иль сделать их такими всех желал; Который в то одно старался, Чтоб людям голову вскружить Враньем своим бесить И скуку наводить, И всех до смерти был готов заговорить. Такой молодчик вдруг к писателю примчался И с попыхов к нему бежит, А сам уж издали кричит: «Так! всё за книгами! и всё уединенны! И всё от света удаленны! И всё бы вам читать! И всё бы вам писать! И я таки не понимаю, Как, полно, никогда вас скука не возьмет!» — «Я этого не примечаю, — Писатель отвечал, — один ли я иль нет, Когда за книгами сижу я в размышленьи; Но чувствую, что я теперь в уединеньи».