В. В. Измайлову, 7 августа 1825

Милостивый государь мой Владимир Васильевич. Чувствительно благодарю вас за милое и обязательное ваше писание. Оно доставило мне удовольствие на минуту будто с вами беседовать. Карамзин хотя и не хвалится своим здоровьем, жалуясь, что оно мешает ему работать с прежнею деятельностью, однако ж в минувшем месяце посещал Новгородские поселения (вероятно, в угодность государю) и был весьма обласкан их начальником, а потом пировал на Петергофском празднике.1 Я не премину порадовать его дружеским вашим воспоминанием. Насчет первых двух томов записок г-жи Жанли я совершенно с вами согласен. Вчера получил я из П<етер>б<урга> еще две части; кажется, и в них та же болтовня о мелочах; но я надеюсь, что последние четыре будут занимательны.2 Здешние фр<анцузские> книгопродавцы в большом унынии. П<етер>б<ургская> ценсура стала еще строжее. Не пропущает ни Вольтера, ни Прада, ни Байрона, ни Аннюара политического, ниже известного вам романа Дон Алонзо, — но между тем, к удивлению моему, пропущено новое издание Белева словаря, в 8-ю долю, в 14 томах.3 О нашей словесности и говорить нечего. Так много скопилось у нас гениев, что они от тесноты почти задохлись и чуть шевелятся, а прочие фолликюлеры друг друга бранят или хвалят.4 На сих днях М<осковский> унив<ерситет> получил нового попечителя в особе А. А. Писарева.5 Наконец скажу вам о себе, что я в июне побывал в отчизне.6 Три части записок моих кончены.7 Первая уже и переписана набело. Теперь занимаюсь примечаниями ко всем частям. Надеюсь, что и вы, почтенный В. В., отплатите мне вашею откровенностью: я нетерпеливо желал бы видеть плоды и ваших занятий. Если вы между прочим написали или напишете стихами или прозою в роде мелких произв<едений>, то прошу вас сообщить ко мне и позволить отдавать их в «Телеграф». Издатель этого журнала хотя еще и не наторел в слоге, но умнее других и приближается более к европейскому журналисту.8 Бодрствуйте и любите искренного и преданного вам почитателя Ивана Дмитриева. Москва, 1825 августа 7 дня.