Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Н. А. Белоголовому. 25 января 1882. Петербург

Текст
Многоуважаемый Николай Андреевич. Сам сознаю, что слишком редко пишу к Вам, но воистину давно не бывал я в таком неистовом положении, как в последнее время. Вот уж с лишком три недели, как в меня вцепился драхеншус и не отпускает, а Вы знаете, какая это неприятная, даже мучительная болезнь. И теперь, вставая по утрам, чувствую себя необыкновенно скверно, но думаю, что это уж не драхеншус, а ревматическая боль. Н. И. Соколов уверяет, впрочем, что признаков ревматизма нет, но думаю, что это он меня утешает, потому что в прописанной им микстуре замечаю присутствие саллициловой кислоты. Вот будет прелесть, если эта штука разыграется у меня подобно тому, как это было в 1875 году? Право, иногда такую физическую боль ощущаю, что под постоянным ее давлением на свет не смотрел бы. И за всем тем обязываюсь писать и пишу. Точно вечный жид: кончу одно и сейчас же должен начинать другое. Третьего дня покончил с февральским письмом, а завтра уже зачну мартовское 1. А в свободные часы — корректуры, чтение рукописей — и в результате доход Краевскому 161/2 тысяч, а мне 81/2. И представьте, хоть бы он какую любезность мне сделал, напечатал бы, например, даром объявление о моих книгах — никогда! А книги мои, между тем, совсем стали. Вот уж два месяца, как ни один книгопродавец ни одного экземпляра не берет. Это Вам рисует нашу публику. Я объявил в «Отеч<ественных> зап<исках>» 2, что иногородние, обращающиеся в контору за моими изданиями, за пересылку ничего не платят. Думал, что при подписке найдутся желающие. Представьте же себе, что таковых нашлось — 20 человек! Это из числа 4 тысяч с лишком писем, полученных уже поныне в конторе. Ничего более подлого вообразить себе невозможно, и я буду беспредельно рад, когда, наконец, треклятый контракт <кончится>, и я брошу все это дело 3. Я бы давно это сделал, если б не обязанность оставить семье хоть какой-нибудь кусок хлеба. Дела наши идут, по обыкновению, серенько. Один результ<ат> вышел: сегодня в газетах напечатано производство Каткова из статских в тайные советники. Говорят, будто бы ему предлагали назначить членом Госуд<арственного> совета, но он якобы отказался. Стасюлевич сначала было волновался, но теперь присмирел. Его, так сказать, в корне подсекли, в самом начале подписки. И вот еще факт для характеристики русской публики. Едва узнали о прекращении «Порядка» на 11/2 месяца 4, как контору начали осаждать подписчики с требованием возврата денег. Будет ли Стасюлевич продолжать «Порядок» — не знаю, да и сам он ничего, кажется, не решил. На днях я обедал вместе с ним у Гаевского, и он не говорит ни да ни нет. И в газетах ничего не объявляет. А псы: Краевский и Суворин процветают. Последний получил разрешение издавать еще газету — в Москве 5. Вероятно, это будет вроде перепечатки «Нового времени», но суть в том, что телеграммы будут получаться в Москве и за Москвой будут получаться раньше. На этой струне играли «Моск<овские> ведомости», и в этом смысле Суворин, вероятно, нанесет им удар. И то хорошо, что хотя одна гадина съест другую. Пожалуйста, передайте от меня и от жены сердечный привет многоуважаемой Софье Петровне. И не забывайте искренно Вам преданного М. Салтыкова. Гамбетта-то, кажется, провалился — и навсегда. Хоть он и хитро свою отставку обставил, однако ж Марсельская демонстрация показывает, что и хитрость иногда бывает тщетная 6.

Карточка с цитатой

Выделите строки в стихотворении или возьмите начало текста.

Фон карточки

Об авторе

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826–1889). Прозаик.

Найдите свои строки

Введите имя, название или несколько слов из стихотворения.

Часто ищут

Сергей Есенин Александр Блок Александр Пушкин Федор Тютчев
Личная библиотека

Сохранённое

Новая полка

Стихотворения

Закладки и полки хранятся в этом браузере.

Оформление сайта

Выберите фон. Настройка сохранится в этом браузере.

Спокойные

Пейзажи