А. Н. Пьшину. 1 ноября 1883. Петербург
Текст
20
Многоуважаемый Александр Николаевич.
Сейчас прочитал я в «Вестнике Европы» статью по поводу «Современной идиллии» 1. Судя по подписи, предполагаю, что статья эта принадлежит Вам, и потому спешу благодарить Вас за сочувственный отзыв, который в особенности мне дорог в настоящее время, когда русская журналистика предпочитает умалчивать о моих книгах. Тем не менее, считаю нелишним дать некоторые разъяснения по след<ующим> двум пунктам.
Во-вторых, ужасно обидны упреки в фельетонности и водевильности. Не по существу обидны — ибо водевиль может быть умнее боборыкинской драмы — а по сопряженному с этими выражениями представлению о ничтожестве и легкомыслии. Буренин, когда хочет уязвить, всегда пользуется этими выражениями. Тут, очевидно, смешивается фантастичность с водевильностью. Вспомните, что Редедя Сербию освобождать ходил, всю Россию взбаламутил, — ужели это не трагедия, а водевиль? 3 Возьмите XIV т<ом> Св<ода> зак<онов> и сравните с «Уставом о благопристойности» — ужели и это водевиль? 4 Не могу я к таким явлениям относиться с «надлежащей серьезностью», ибо ничего, кроме презрения, к ним чувствовать нельзя, да и не должно. Для меня еще большое счастье, что у меня большой запас юмору. Да и путешествие в Проплеванную совсем не водевиль, а самая сущая истина.
Затем, вновь благодаря Вас за сочувственный отзыв, прошу извинить меня за бессвязность и непорядочность настоящего письма. Дело в том, что у меня положительно пропадают глаза и мне до крайности трудно писать. Надеюсь, что это временно; по крайней мере, так подтвердил доктор Тихомиров.
Искренно Вам преданный М. Салтыков.
1 ноября.
На конверте: В городе. Галерная 20. В редакцию «Вестника Европы» для передачи Александру Николаевичу Пыпину.
Почтовый штемпель: СПб. 2 ноября 1883.