39. Ю. Д. Ефремовой. 20 июня (2 июля) 1853. Гонконг

20 июня/2 июля. Гон-Конг. Здравствуйте, вечно юный и прекрасный друг мой Ю ния Дмитриевна. Я простился письмом из Сингапура с Майковыми и Языковыми перед отъездом в дальние и неведомые страны: не могу уехать, не простясь и с Вами надолго, а кто знает, может быть, и навсегда. Но полно вдаваться в чувствительность, скажите лучше, вспоминаете ли Вы иногда обо мне, видите ли мысленно меня, то бросаемого качкой из угла в угол каюты, то изнемогающего от лучей здешнего язвительного солнца, или гуляющего среди пальм и потом ленивого, отдыхающего на мраморной веранде гон-конгского клуба или сингапурской отели, где по вечерам над головами бегают ящерицы, а около балкона и по балкону летают мыши и прочая т<ому) п(одобная) дрянь? Может ли Ваше северное воображение не представить себе все эти картины, сцены, китайские, индейские и малайские, которые я вижу не во сне и не воображением? Что касается до меня, я часто слежу за Вами, невидимо являюсь среди Вас, то с апатией, то с какой-нибудь резкой, трескучей шуткой или просто раздражительной бранью, со всем тем, что так великодушно сносили и прощали мне вы все, мои друзья, в уважение Бог знает каких заслуг. Я теперь в странном моральном состоянии, не знаю, чего пожелать: продолжать путешествовать — но порыв мой, старая мечта — удовлетворились; любознательности у меня нет, я никогда не хотел — знат ь, я хотел только видеть и поверить картины своего воображения, кое-что стереть, кое-что прибавить; желать вернуться — зачем? опять к прежнему, и дай Бог, если еще к прежнему, а если того не найдешь, это прошло, исчезло, то изменилось. Так и не знаю, что с собой делать. В ожидании чего-нибудь лучшего пока пью декокт и плачу дань климату — лихорадкой. Через три дня мы уходим отсюда, но из тропиков долго еще не выберемся. Может быть, в августе придем и к цели своего путешествия. Но всё это еще не ведет к обратному пути: ранее двух лет не видать России тем из нас, кому суждено ее видеть. Я пока шляюсь всё по китайскому городу да наблюдаю китайцев, чтоб было что порассказать о них, если вернусь. Между прочим, покупаю разных безделушек, то веер, то резной портфель для визитных карточек и т<ому) п<одобной) дряни. Есть хорошенькие ящики для чаю и рукоделья, но крупных вещей некуда брать, особенно еще таскать с собой два года. Что Александр Павлович, что Феня? Обнимите за меня обоих: А лександр) Павл<ович>, я полагаю, не дастся. — Хотя здешние китаянки и нехороши, но Вы здесь не были быа красавицей и между ними: ноги велики и скоро ходите: они вовсе не ходят. Ну, до свидания, друг мой. Весь Ваш И. Гончаров. Майковым поклон — писать не буду: недавно писал, и то, я думаю, они бранят меня. На обороте. Ю нии Дмитриевне Ефремовой.