Сраженный рыцарь

Последним сияньем за рощей горя, Вечерняя тихо потухла заря, Темнеет долина глухая; В тумане пустынном чернеет река, Ленивой грядою идут облака, Меж ими луна золотая. Недвижные латы на холме лежат, В стальной рукавице забвенный булат, И щит под шеломом заржавым, Вонзилися шпоры в увлаженный мох, Копье раздробленно, и месяца рог Покрыл их сияньем кровавым. Вкруг холма обходит друг сильного — конь; В очах горделивых померкнул огонь, Он бранную голову клонит. Беспечным копытом бьет камень долин И смотрит на латы — конь верный один, И дико трепещет, и стонет. Во тьме заблудившись, пришелец идет, Невольную робость он в сердце несет, Склонясь над дорожной клюкою, Заботливо смотрит в неверную даль, Приближился к латам и звонкую сталь Толкает усталой ногою. Хладеет пришелец, — кольчуги звучат. Погибшего грозно в них кости стучат, По камням шелом покатился, Скрывался в нем череп... при звуке глухом Заржал конь ретивый — скок лётом на холм, — Взглянул... и главою склонился. Уж путник далече в тьме бродит ночной, Все мнится, что кости хрустят под ногой... Но утро денница выводит — Сраженный во брани на холме лежит, И латы недвижны, и шлем не стучит, И конь вкруг погибшего ходит.