Александр Пушкин

Альманашник

Стихотворение
— Господи боже мой, вот уже четвертый месяц живу в Петербурге, таскаюсь по всем передним, кланяюсь всем канцелярским начальникам, а до сих пор не могу получить места. Я весь прожился, задолжал, а я ж отставной, того и гляди в яму посодят. — А по какой части собираешься ты служить? — По какой части? Господи боже мой! да разве я не русский человек? Я на все гожусь. Разумеется, хотелось бы мне местечка потеплее; но дело до петли доходит, теперь я и всякому рад. — Неужто у тебя нет таки ни единого благодетеля? — Благодетеля? Господи боже мой! да в каждом министерстве у меня по три благодетеля сидят. Все обо мне хлопочут, все обо мне докладывают, а я все-таки без куска хлеба. — Служба тебе, знать, не дается. Возьмись-ка за что-нибудь другое. — А за что прикажешь? — Например, за литературу. — За литературу? Господи боже мой! в сорок три года начать свое литературное поприще. — Что за беда? а Руссо? — Руссо, вероятно, ни к чему другому не был способен. Он не имел в виду быть винным приставом. Да к тому же он был человек ученый, а я учился в Московском университете. — Что за беда, затевай журнал. — Журнал? а кто же подпишется? — Мало ли кто, Россия велика, охотников довольно. — Нет, брат: нынче их не надуешь. Их отучили. Все говорят: деньги возьмет, а журнала не выдаст или не додаст. Кому охота судиться из 35 рублей? — Ну, так пиши Выжигина. — Выжигина? Господи боже мой: написать Выжигина не штука; пожалуй, я вам в четыре месяца отхватаю 4 тома, не хуже Орлова и Булгарина, но покамест успею с голоду околеть. — Знаешь личто? Издай Альманак. — Как так? — Вот как: выпроси у наших литераторов по нескольку пьес, кой-что перепечатай сам. Выдумай заглавие, закажи в долг виньетку, да и тисни с богом. — В самом деле. Да я ни с кем из этих господ не знаком. — Что нужды: ступай себе к ним. Скажи им, что ты юный питомец муз; впервые выступаешь на поприще славы и решился издавать Альманак, а между тем проси их воспоможения и покровительства. — А что ты думаешь. Ей-богу, я с отчаяния готов и на Альманак. — Советую дела не откладывать. — Сегодня ж начну свои визиты. — И дело: желаю тебе всякого успеха. Стихотворец (гремя стаканчиком). Я в руке. Sept à la main... neuf... Sacredieu... neuf et sept... neuf... et sept neuf...1) мое... Кто держит? Гость. Экое счастие: держу. Стихотворец. Sept à la main... (про себя). Это кто? Входит Альманашник (одному из гостей). Я давно желал иметь счастие представиться вам. Позвольте одному из усерднейших ваших почитателей... Ваши прекрасные сочинения... Гость. Вы ошибаетесь: я, кроме векселей, ничего не сочиняю: вот хозяин... Альманашник. Позвольте одному из усерднейших... Стихотворец. Помилуйте... радуюсь, что имею честь с вами познакомиться... садитесь, сделайте милость... Альманашник. Вы заняты.., извините: я вам помешал. Стихотворец. О нет... мы будем продолжать. — Sept à la main... 3 крепс. — Какое несчастие. (Передает кости.) Гость. Сто рублей à prendre. Стихотворец. Держу... Что за несчастие... (Смотрит косо на Альманашника) Альманашник. Я в первый раз выступаю на поприще славы и решился издать Альманак... я надеюсь, что вы... Стихотворец. Пятую руку проходит! и всегда я попадусь... Вы издаете Альманак? под каким заглавием?.. прошел — я более не держу. Альманашник. «Восточная звезда»... я надеюсь, что вы не откажетесь украсить ее драгоценными... Стихотворец (берет стаканчик). Позвольте: сто рублей à prendre... Sept à la main... крепс — так. Это удивительно; первой руки не могу пройти. (Плюет, вертит стул.) Несносный альманашник; он мне принес несчастие. Альманашник. Надеюсь, что вы не откажетесь украсить мой Альманак своими драгоценными произведениями... Стихотворец. Ей-богу — нет у меня стихов, — все разобраны, журналистами, альманашниками... Держу всё... что? прошел опять!.. Это непостижимо. Проклятый альманашник. Альманашник (вставая). Позвольте надеяться, что если будет у вас свободная пьеска... Стихотворец (провожая его до дверей). Отыщу непременно и буду иметь счастие вам доставить. Альманашник. Поверьте, что крайность, бедственное положение, жена и дети... Стихотворец (его выпроводив). Насилу отвязался. Экое дьявольское ремесло! Гость. Чье? твое или его? Стихотворец. Уж верно мое хуже. Отдавай стихи одному дураку в Альманак, чтоб другой обругал их в журнале. Жена и дети. Черт его бы взял... человек, кто там? Стихотворец. Я говорил тебе, альманашников не пускать Слуга. Да кто их знает, альманашник ли, нет ли. Стихотворец. Дурак, это по лицу видно. Я в руке: Sept à la main... — Гей, водки. — Девятая рюмка! И я за все плачу — а что толку! — Увидишь, как пойдет наш Альманак: с моей стороны даю 34 стихотворения; под пятью подпишу А.П., под пятью другими Е.Б., под пятью еще К.П.В. Остальные пущу без подписи, в предисловии буду благодарить господ поэтов, приславших нам свои стихотворения. Прозы у нас вдоволь: лихое Обозрение словесности, где славно обруганы наши знаменитые писатели, наши аристократы... знаешь — Никак нет-с, не знаю. — Не знаешь, о, да ты, видно, журнала моего не читаешь... Вот видишь ли, аристократами (разумеется, в ироническом смысле) называются те писатели, которые с нами не знаются, полагая, вероятно, что наше общество не завидное. Мы было сперва того и не заметили, но уже с год как спохватились и с тех пор ругаем их наповал... Теперь понимаешь... — Понимаю — Водки! Эти аристократы... (разумеется, говорю в ироническом смысле)... вообразили себе, что нас в хорошее общество не пускают. Желал бы я посмотреть, кто меня не впустит; чем я хуже другого. Ты смотришь на мое платье... — Никак нет, ей богу... — Оно немного поношено; меня обманули на вшивом рынке... К тому же я не стану франтить в харчевне. Но на балах... о, на балах я великий щеголь, это моя слабость. Если бы ты видел меня на балах... Я славно танцую, я танцую французскую кадриль. Ты не веришь... (встает шатаясь, танцует). Каково? — Прекрасно. — Боже мой — стакан в дребезгах... Его поставят на счет — и еще граненый. — Как на счет? — его склеят... вот и все. (Подбирает стекло и подает.) — Так и быть, взять извозчика. Бесстыдин. Сделай одолжение... посади меня верхом — сам садись поперек да поедем по Невскому, люблю франтить, это моя слабость. — И вот моя последняя опора! Господи боже мой! — Можно видеть барина? — Никак нет — он почивает. — Как, в 12 часов? — Он возвратился с балу в 6-м часу. — Да когда же его можно застать? — Да почти никогда. — Когда же ваш барин сочиняет? — Не могу знать. — Экое несчастие!.. Доложи своему барину, что ** приходил рекомендоваться... Да скажи, не знаешь ли ты какого-нибудь сочинителя...

Карточка со строфой

Выделите строки в стихотворении или возьмите начало текста.

Фон карточки

Найдите свои строки

Введите имя, название или несколько слов из стихотворения.

Часто ищут

Сергей Есенин Александр Блок Александр Пушкин Федор Тютчев
Личная библиотека

Сохранённое

Новая полка

Стихотворения

Закладки и полки хранятся в этом браузере.

Оформление сайта

Выберите фон. Настройка сохранится в этом браузере.

Спокойные

Пейзажи