Ожесточенный

О, для чего судьба меня сгубила? Зачем из цепи бытия Меня навек природа исключила, И страшно вживе умер я? Еще в груди моей бунтует пламень Неугасаемых страстей, А совесть, как врага заклятый камень, Гнетет отверженца людей! Еще мой взор, блуждающий, но быстрый, Порою к небу устремлен, А божества святой отрадной искры, Надежды с верой, я лишен! И дышит всё в создании любовью, И живы червь, и прах, и лист, А я, злодей, как Авелевой кровью Запечатлен! Я атеист!.. И вижу я, как горестный свидетель, Сиянье утренней звезды, И с каждым днем твердит мне добродетель: «Страшись, страшись готовой мзды!..» И грозен он, висящей казни голос, И стынет кровь во мне, как лед, И на челе стоит невольно волос, И выступает градом пот! Бежал бы я в далекие пустыни, Презрел бы ужас гробовой! Душа кипит, но не руке, рабыне, Разбить сосуд свой роковой! И жизнь моя мучительнее ада, И мысль о смерти тяжела... А вечность... ах! она мне не награда — Я сын погибели и зла! Зачем же я возник, о провиденье, Из тьмы веков перед тобой? О, обрати опять в уничтоженье Атом, караемый судьбой! Земля, раскрой несытую утробу, Горящей Этной протеки И, бурный вихрь, тоску мою и злобу И память с пеплом развлеки!