Богиня, дщерь божеств, науки основавших...

Богиня, дщерь божеств, науки основавших И приращенье их тебе в наследство давших, Ты шествуешь по их божественным стопам, Распростираючи щедроты светлость нам. Мы, признаваясь, что едва того достойны, Остались бы всегда в трудах своих спокойны; Но только к славе сей того недостает, Чтоб милость к нам твою увидел ясно свет. Дабы признали все народы и языки, Коль мирные твои дела в войну велики. Дабы украшенный твоей рукой Парнас Любителей наук призвать возвысил глас И, славным именем гремя Елисаветы, При лике их расторг завистников наветы. Теперь Германия войной возмущена, Рыдания, и слез, и ужаса полна; За собственных сынов с парнасскими цветами Питает сопостат с кровавыми мечами. Любитель тишины, собор драгих наук, Защиты крепкия от бранных ищет рук. О коль велики им отрады и утехи: Восследуют и нам в учениях успехи И славной слух, когда твой университет О имени твоем под солнцем процветет, Тобою данными красуясь вечно правы Для истинной красы Российския державы. И юношество к нам отвсюду притекут К наукам прилагать в Петрове граде труд. Петрова ревность к ним, любовь Екатерины, И щедрости твои воздвигнут здесь Афины. Приемлемые в них учены пришлецы Расширят о тебе в подсолнечной концы, Коль милосерда ты, коль счастлива Россия, Что царствуют с тобой в ней времена златыя! Рушитель знания, свирепой брани звук Под скипетром твоим защитник стал наук, Что выше мнения сквозь дым, сквозь прах восходят, Их к удивлению, нас к радости приводят. Мы соружим похвал тебе, Минерве, храм, В приличность по твоим божественным делам; В российски древности, в Натуры тайны вникнем И тьмами уст твои достоинства воскликнем. Коль счастлив оной день, коль счастлив буду я, Когда я, середи российских муз стоя, Благодеяние твое представлю ново. Великостью его о как возвышу слово! Тогда мой средственной в российской речи дар В благодарении сугубой примет жар. Когда внимания сей глас мой удостоишь И искренних сердец желанья успокоишь, Ты новы силы нам, богиня, подаришь, Драгое Отчество сугубо просветишь. Сие исполнится немногими чертами, Когда рука твоя ущедрится над нами: Для славы твоея, для общего плода, Не могут милости быть рано никогда.