А. А. Оленину. 25 июля 1821 г.

ПЛОТИЧКА Хоть я и не пророк, Что крылышки сожжет мой мотылек. Нет, это только прибасенка; А басня будет впереди. Сначала краткости, теперь уж ты Боишься длинноты Что ж делать, милый друг, возьми терпенье За тайну признаюсь: Я сам того ж боюсь. Погода к осени дождливей, А люди к старости болтливей. Но шутка шуткою — чтоб мне заговорясь Не выпустить и дела вон из глаз — Послушай же: слыхал я много раз, Что легкие проступки ставя в малость, В них извинить себя хотят И говорят: За что журить тут?— это шалость. Потом пороком — и, к несчастью, Нам не дает опомниться никак. Себя во время перемочь. Беги сперва ты лучше прочь. А чтоб тебе еще сильней представить, Как на себя надеянность вредна, И может с пользою тебя наставить. Не помню, у какой реки, Злодеи царства водяного, Приют имели рыбаки. Плотичка резвая жила. Проворна и лукава Сорвет приманку, увернется И, хоть ты что, обманет рыбака. «Не сдобровать тебе, сестрица. Иль мало места здесь в воде, Что ты всегда вкруг удочек вертишься? «Вот», говорит моя Плотва: «Ведь я не близорука! Я вижу все обманы их насквозь. Смотри — вот уда — вон закинута другая — Ах! вот еще — еще! Гляди же, дорогая, Как хитрецов я снова проведу». И к удочкам стрелой пустилась; И, ах, попалася в беду. Тут поздно бедная узнала, ОВЦА Крестьянин позвал с суд Овцу: Допрос ответчику — другой запрос истцу: Сказать по пунктам и без крика: [В че<м>] Как было дело; в чем улика? А на дворе одна Овца была».— Ни воровства, Ни плутовства; Понеже кур овца сильней — То, признаюсь по совести моей, Нельзя, чтоб утерпела И кур она не съела. А потому, казнить Овцу,