Всеволод Рождественский

Всеволод Рождественский
		

Навзикая

"Юную стройновысокую пальму я видел однажды..." Одиссея, песнь VI "Далеко разрушенная Троя, Сорван парус, сломана ладья. Из когда-то славного героя Стал скитальцем бесприютным я. Ни звезды, ни путеводных знаков... Нереида, дай мне счастье сна",- И на отмель острова феаков Одиссея вынесла волна. Он очнулся. День идет к закату. Город скрыт за рощею олив. Бедный парус натянул заплату, Розовый морщинится залив. Тополя бормочут, засыпая, И сидит на стынущем песке Тонкая царевна Навзикая С позабытой ракушкой в руке. "О царевна! Узких щек багрянец - Как шиповник родины моей. Сядь ко мне. Я только чужестранец, Потерявший дом свой, Одиссей. Грудь и плечи, тонкие такие, Та же страстная судьба моя. Погляди же, девушка, впервые В ту страну, откуда родом я. Там на виноградники Итаки Смотрит беспокойная луна. Белый дом мой обступили маки, На пороге ждет меня жена. Но, как встарь, неумолимы боги, Долго мне скитаться суждено. Отчего ж сейчас - на полдороге - Сердцу стало дивно и темно? Я хотел бы в маленькие руки Положить его - и не могу. Ты, как пальма, снилась мне в разлуке, Пальма на высоком берегу. Не смотри мучительно и гневно, Этот миг я выпил до конца. Я смолкаю. Проводи, царевна, Чужестранца в мирный дом отца". 1920-1930
Серебряный век. Петербургская поэзия 
конца XIX-начала XX в.
Ленинград: Лениздат, 1991.
Три века русской поэзии.
Составитель Николай Банников.
Москва: Просвещение, 1968.
Всеволод Рождественский.
Стихотворения.
Библиотека советской поэзии.
Лениград: Художественная литература, 1970.